Сайт letonaprokat.ru недоступен

Запрашиваемый вами сайт на данный момент недоступен.

Возможные причины недоступности данного ресурса:

  1. задолженность на абонентском счете (по состоянию на 23.11.2017)
  2. содержимое сайта нарушает правила пользования услугой хостинга
  3. нагрузка ресурса на сервер
  4. домен letonaprokat.ru не прикреплен в панели управления хостингом
  5. домен letonaprokat.ru прикреплен в панели управления хостингом менее 30 минут назад
  6. домен letonaprokat.ru находится на паркинге

Вы являетесь владельцем сайта letonaprokat.ru?

Да, я владелец этого сайта Нет, я здесь случайно

Хотите быстро разблокировать сайт?

Произвести экспресс-оплату
Однажды у стойки при сдаче книг в профессорском зале Ленинской библиотеки из-за отсутствия библиотекарши образовалась маленькая очередь. Каганович подошел и встал первым. Ему спокойно заметили, что есть небольшая, но очередь. "Я - Каганович", - заявил неожиданно Лазарь Моисеевич, обиженный невниманием к своей персоне. Однако из очереди вышел ученый и встал перед Кагановичем, громко сказав при этом: "А я Рабинович". Это был очень известный физик по проблемам плазмы М. С. Рабинович.
Ложная ученость хуже невежества. Невежество - это голое поле, которое можно возделать и засеять; ложная ученость - это поле, поросшее пыреем, который выполоть почти невозможно.
Великие авторы афоризмов читаются так, будто все они хорошо знали друг друга.
Ты ищешь доказательства тому, что сказано Богом? Я не дам тебе его. Бог это сказал, Бог об этом говорил, - для меня Его слово и есть самое большое доказательство. Доказательства я оставляю в стороне, уклоняясь от споров; для меня, чтобы веровать, достаточно только знать Того, Кто говорит. Вера не допускает меня сомневаться в сказанном, не разрешает мне судить. Зачем мне исследовать, каким образом истинно то, о чем возвестил Бог, если не следует сомневаться в истинности сказанного Богом.
Если похвалы, расточаемые друзьями, иной раз дают повод усомниться в их искренности, то зависть врагов заслуживает полного доверия.
Я человек очень мягкий, не могу ломать, лучше действовать методами убеждения, общественным мнением.
Я придерживаюсь идеи, что изучение безумия — отчуждения в глубоком смысле этого слова — находится в центре антропологии, в центре изучения человека. Сумасшедший дом есть приют для тех, кто не может больше жить в нашей бесчеловечной среде.
Я делаю фильмы о том, что мучает меня, а женщина служит мне медиумом.
В чужих руках хлеба крохи большим ломтем кажутся.
Врагов нет только у тех, кто ничего не значит в этом мире.
Когда человек приближается к концу своего жизненного пути, он с грустью задает себе вопрос, суждено ли ему увидеть те манящие горизонты, которые расстилаются там, впереди? Утешением ему является то, что за ним идут молодые, сильные, что старость и юность сливаются в непрерывной работе для исследования истины.
Мы бережно относимся к деталям и аксессуарам. Мы строго следим за подлинностью костюмов, к чему обязывает нас точность и правдивость декораций. Эти серые декорации, эти настоящие военные мундиры, языки муслина, развеваемые вентилятором над поленом в черном очаге, блик белой краски, изображающий пламя лампы или свет фонаря, котенок, пробирающийся по наклонной доске, — вот они на экране. Они полны захватывающего реализма, необыкновенной выразительности и создают полную иллюзию подлинности. Вы живете в созданной ими обстановке, видите это пламя, слышите грохот снарядов и вместе с котенком спускаетесь в подвал проклятого замка. Самый реалистический театр с самыми правдоподобными декорациями и притом пользующийся могущественной силой слова никогда не передаст с таким реализмом, с такой правдивостью, как кино, этот коротенький сценарий, который идет на экране каких-нибудь десять минут...
Красота без грации может только нравиться, но не пленять. Она похожа на плавающую без крючка приманку.
Даяше нищим сколка вымётся.
Звук “забил” кинематограф, суть кинематографического языка. Мы начинаем возвращаться к этому: когда я встретился с Копполой, он говорил, что перед тем, как начать снимать картину, он смотрит немые фильмы. Значит, что-то фундаментальное лежит в немом кинематографе.
Одинокий путник идёт дальше других!
Все люди идут в одну сторону, а я стою и гляжу на них…
Добрым словом и пистолетом вы можете добиться гораздо большего, чем одним только добрым словом.